Новогодняя стодневка. День 19.
И сидишь такая перед компом в полной экзистенциальной растерянности: обещали выключить свет. Ну, строго по графику, с печатью и подписью ответственного черта. А его не выключили. Уже двадцать четыре минуты как не.
Лучше б уже рубанули, честное слово. Всё бы пошло по протоколу: матюкнулся с чувством, переткнул роутер в банку с амперами, переполз на ноут и гордо живешь в автономном режиме. А тут — сидишь в неопределенности, как дура на именинах: при параде, павербанки на боевом взводе, станция сыто урчит на полу, а бал, сука, отменили, но объявить постеснялись.
И надо как-то срочно реанимировать навык шевелиться в этой зыбкой невесомости. Потому что пока ты просто сидишь и ждешь удара рубильника, кукуха внутри начинает скучать, свешивать ножки из гнезда и откровенно чудить.
То ли дело бордеры.
Что Лея, что Лева — им абсолютно, железобетонно до фонаря, когда и что выключают. Даже наличие воды в кране их как-то не ранит — лишь бы в их миске что-то плескалось. Графики ДТЭКа бордеры не читают из принципа. Им некогда вникать в высоковольтные драмы человечества: у них смена, у них котики.
Я вообще сегодня подумала: бордер-колли — это самые счастливые твари на шарике. Пасут себе всё, что хотя бы теоретически способно перемещаться в пространстве, и всегда заняты делом государственной важности.
Особенно тонко это выглядит, когда объектом пастьбы назначается фокстерьер Бублик.
Лея заходит с фланга и начинает смотреть на него пристально, с гипнозом и легким намеком на святую инквизицию. Бублик от такой психотерапии стремительно свирепеет. Градус нервозности в коридоре густеет до состояния мазута, и если вовремя не встать между ними с воплями — будет хорошая, шумная драка с выдиранием клочьев.
Но в критический момент Лея делает лицо гимназистки: «Я? Да вы с ума сошли, я просто мимо шла… Ой, глядите-ка, котик!» — и плавно переключает радар.
Котики бордеров в основном величественно презирают. Ровно до тех пор, пока котику не приспичит пройти маршрутом «диван — лоток — сухой корм». Тут начинается балет: Беня кроет всех трехэтажным кошачьим матом, Шаманыч исполняет прыжки с шестом через собачьи хребты, Шара падает в обморок, заламывает лапы и шипит из-под тумбочки.
Бордеры весь этот вокзальный шум вертели на хвосте. Они бегают кругами, сбивают кошачью диаспору в кучу и деловито поджимают фланги. На клиентский сервис им глубоко плевать: плохие отзывы в их KPI не предусмотрены контрактом. Причем смена длится вечно. Поездка к овцам ничего не решает: овец построили, в багажник погрузились, вернулись в квартиру — погнали дальше строить котов. Ни перекура, ни декрета, ни санатория в Трускавце.
Иногда я ловлю себя на мысли, что я — чистокровный бордер с седой челкой.
Лишь бы бегать по кругу и пасти реальность. Сайты, базы данных, дропсы, видеокурсы по смарту… Надо оно кому-то в мировом масштабе? Да хрен его знает. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы курить не просило.
Главное — движение. Зачем?
Бордер пасет овец не ради шерсти, а потому что в нем крутится невидимая пружина. Чистый процесс без конечной точки. Я тоже что-то перекладываю, чиню, код ковыряю… хз зачем.
А Шаманыч лежит на столе, жмурится на лампочку, которая всё никак не сдохнет, и смотрит на нас как на убогих. Он явно знает про устройство вселенной какую-то страшную тайну.
Может, пора переквалифицироваться в кота?
Не насовсем, конечно — пролежни появятся. Но вот как Шаманыч: когда ему становится невыносимо тоскливо смотреть на наш собачий энтузиазм, он лениво выдает утробное «ма-а-а-уу». И всё. Бордеры взвиваются, начинают топотать когтями по паркету и нарезать круги. Кот их просто троллит. Чистый интерактивный театр, работающий без батареек и генератора.
А я?..
А я что делаю?
